Сделка зависимых не во вред

Верховный Суд РФ в Определении от 31.01.23 №305-ЭС19-18803(10) в деле №А40-168513/2018 указал следующее:

«В данном обособленном споре обществу «Трэк Сервис» по существу вменялось то, что оно как лицо, аффилированное с обществом «Терминал Сервис», знало о неплатежеспособности последнего и в пределах трех лет до возбуждения дела о банкротстве общества «Терминал Сервис» совершило с ним сделку по выводу имущества должника-банкрота от возможных правопритязаний его кредиторов, то есть им во вред.
При доказанности юридического состава этих признаков недействительности сделки она подлежала квалификации по части 2 статьи 61.2 3акона о банкротстве как специальной норме, регулирующей основания подозрительных сделок должника.
Действительно, наличие в законодательстве о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную по статьям 10 и 168 ГК РФ (пункт 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», пункт 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 №32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)»). В то же время исходя из того, что совершение подозрительной сделки по сути является также злоупотреблением права, но со специальным юридическим составом признаков, указанных в статье 61.2 Закона о банкротстве, судебная коллегия полагает, что, вопреки доводам общества «Виакард» и выводам судов, квалификация по статьям 10 и 168 ГК РФ должна применяться субсидиарно к специальным нормам. Произвольная или двойная квалификация одного и того же правонарушения как по специальным, так и по общим нормам противоречит принципам правовой определенности и предсказуемости.
Одним из обязательных признаков недействительности подозрительной сделки является причинение вреда кредиторам должника. В силу принципа состязательности сторон судебного спора (статья 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее – АПК РФ) и правовых норм, регулирующих доказывание обстоятельств дела (статьи 65, 66 АПК РФ) факт причинения вреда должен доказываться лицом, оспаривавшим сделку. Его процессуальный оппонент несет бремя опровержения этих обстоятельств.
Совершая оспариваемую сделку, общество «Трэк Сервис» перечислило обществу «Терминал сервис» 142 597 223,62 руб. Этими действиями общество «Трэк Сервис» вред кредиторам должника не причинило и не могло причинить, т.к. имущественная масса общества «Терминал сервис» не уменьшилась.
Доводы инициатора оспаривания сделки и лиц, поддерживавших его позицию, о том, что общество «Терминал сервис» безвозмездно передало обществу «Трэк Сервис» имущество, основаны исключительно на предположениях, лишены какой-либо конкретики (не названы ни наименования, ни количество, ни стоимость отчужденного имущества) и не позволяют даже приблизительно (оценочно) установить факт отчуждения имущества и его стоимость. Доказательств отчуждения имущества не представлено вовсе. Одного лишь предположения о том, что должник передал какое-то имущество и в каком-то объеме, явно недостаточно, так как при таком подходе судебный спор становится беспредметным.
Лицо, не участвовавшее в сделке, объективно ограничено в возможности по предоставлению в суд прямых доказательств отчуждения имущества должника. Однако это не освобождает его от обязанности по доказыванию обстоятельств спора, на которые оно ссылалось в заявлении. Такое лицо может выстраивать свою процессуальную позицию, в частности, на косвенных доказательствах о передаче ответчику конкретного имущества должника и хотя бы в какой-то степени подтвердить обоснованность своих претензий, запустив тем самым состязательную процедуру доказывания. В данном случае это не сделано».

Юрист Поликарпов Леонид Николаевич

Включение в ТРОИС через УК

Верховный Суд в Определении от 25.01.23 №305-ЭС22-19789 по делу №А40-182272/2021 указал следующее:

«…государственная услуга (включение ОИС в ТРОИС) оказывается не представителю заявителя, а самому заявителю, следовательно, срок, в течение которого действует договор о передаче полномочий единоличного исполнительного органа и конкретный субъект выполняет функции исполнительного органа юридического лица, равно как и срок, на который выдана доверенность (при рассмотрении настоящего дела суды указали на то, что договор о передаче полномочий по сути являлся аналогом доверенности, на что ранее указывала и ФТС России), не может влиять на срок, на который предоставляется государственная услуга.
Иное толкование указанных выше положений Гражданского кодекса означало бы необоснованное ущемление прав заявителя, поскольку в результате предоставления государственной услуги именно у заявителя возникают соответствующие права и обязанности, а срок, на который предоставляется государственная услуга, связан с волеизъявлением заявителя.
Такая правовая позиция была ранее неоднократно закреплена в актах Конституционного Суда Российской Федерации, который также указал на то, что соответствующие положения Гражданского кодекса какой-либо неопределенности не содержат (определения от 16.07.2015 №1670-О, от 23.06.2016 №1289-О, от 25.11.2020 №2760-О, от 26.10.2021 №2227-О).
Соответственно, указанная выше правовая позиция применима и к случаям, связанным с договорами о передачи полномочий единоличных исполнительных органов (пункт 1 статьи 69 Федерального закона от 26.12.1995 №208-ФЗ «Об акционерных обществах», статья 42 Федерального закона от 08.02.1998 №14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью»), поскольку целью заключения таких договоров является эффективное осуществление соответствующих полномочий в интересах юридического лица в рамках установленного сторонами договора срока.
Таким образом, действия, осуществляемые лицами, которым переданы полномочия единоличного исполнительного органа, совершаются в интересах лица, передавшего полномочия, а также в пределах того объема прав, которым такое лицо обладает; при этом срок, на которые полномочия были переданы, не влияет на объем прав лица, передавшего их.

…Вывод судов о наличии у общества возможности обратиться с заявлением о продлении срока включения объекта интеллектуальной собственности в ТРОИС является верным, однако, с учетом установленных судами обстоятельств настоящего спора, а именно – фактического включения объекта интеллектуальной собственности в ТРОИС на один месяц, возлагает на заявителя необоснованную и несоразмерную (с учетом указанного выше толкования положений Федерального закона №289-ФЗ и Административного регламента о правовой природе полномочий представителя заявителя) обязанность по повторному сбору необходимого комплекта документов, обращению за оказанием таможенным органом услуги, оформлению и оплате договора страхования, приводящую к существенному ущемлению прав заявителя, и лишает смысла ведение ТРОИС как средства, способствующего выявлению и оперативному пресечению правонарушений и защиты прав правообладателей (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 22.01.2020 №305-ЭС19-17108)».

Юрист Поликарпов Леонид Николаевич

Взносы на капремонт через УК

Верховный Суд в Определении от 26.01.23 №306-ЭС22-19673 по делу №А65-18602/2021 указал следующее:

«В пункте 3 постановления №30-П Конституционный Суд указал, что собственники помещений — в силу таких объективных причин, как их многочисленность, сложность и разнообразие объектов, относящихся к общему имуществу, высокая стоимость капитального ремонта и связанная с этим затруднительность одномоментного сбора средств на его проведение, невозможность его проведения исключительно силами собственников, — несут расходы на капитальный ремонт в соответствии с установленным жилищным законодательством специальным регулированием.

…Из представленных в материалы дела расчетов усматривается, лицами, участвующими в деле подтверждается, что сумма задолженности по взносам на капитальный ремонт в размере 1 379 170 руб. 81 коп. за период с 01.08. 2018 по 30.11.2021, первоначально заявленная к взысканию с ответчика, составляет неуплаченные собственниками помещений взносы на капитальный ремонт.
Размер данного требования был исчислен Фондом расчетным путем исходя из площади общего имущества всех МКД, управление которыми осуществляет Компания, и минимального размера взноса на капитальный ремонт общего имущества в многоквартирных домах в Республике Татарстан в период с 2017 по 2019 годы, установленного постановлением №450, за вычетом перечисленных Фонду АО «Татэнергосбыт» текущих платежей, уплаченных собственниками помещений.
Удовлетворяя требование о взыскании процентов за пользование чужими денежными средствами, суды сослались на неисполнение обязательства Компанией, предусмотренного пунктом 3.2.3 Договора, обеспечивать поступление взносов на капитальный ремонт от собственников помещений на счет Фонда ежемесячно в срок до 30 числа месяца, следующего за отчетным в размере не ниже установленного Кабинетом Министров Республики Татарстан размера минимального взноса на капитальный ремонт общего имущества в МКД.
Однако поскольку как в законе, так и в договоре отсутствует обязательство Компании уплачивать взносы на капитальный ремонт вместо собственников помещений, не исполнивших возложенную на них законом обязанность, иск о взыскании таких сумм с управляющей компании является необоснованным».

Юрист Поликарпов Леонид Николаевич

Поиск
Свежие комментарии
Архивы