Налоги/таможня

Залог и налоги в банкротстве

Конституционный Суд России в Постановлении от 09.04.24 №16-П признал п.6 ст.138 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» не противоречащим Конституции Российской Федерации в той мере, в какой он по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования и по смыслу, придаваемому ему сложившейся правоприменительной практикой, предполагает, что: требования об уплате текущей задолженности по имущественным налогам, связанным с предметом залога, а также соответствующих пеней удовлетворяются за счет средств, полученных от его использования и реализации, до начала расчетов с залоговым кредитором; если удовлетворение указанных требований до начала расчетов с залоговым кредитором в обстоятельствах конкретного дела фактически приводит к утрате для залогового кредитора экономического смысла залога и при этом не установлено, что именно поведение залогового кредитора создало условия для формирования такого объема налоговой задолженности, который порождает соответствующие негативные последствия, арбитражный суд вправе соразмерно распределить средства, полученные от использования или реализации предмета залога, между требованиями об уплате имущественных налогов и требованиями залогового кредитора.

При этом, Конституционный Суд указал следующее:

«Конституционный Суд Российской Федерации обращал внимание на то, что по смыслу статьи 57 Конституции Российской Федерации налоговое обязательство состоит в обязанности налогоплательщика уплатить налог, установленный законом. Неуплата налога в срок должна быть компенсирована погашением задолженности по налоговому обязательству, полным возмещением ущерба, понесенного государством в результате несвоевременного внесения налога. Поэтому к сумме собственно не внесенного в срок налога (недоимки) законодатель вправе добавить дополнительный платеж – пеню как компенсацию потерь казны в результате недополучения налоговых сумм в срок. Обязанность по уплате пеней производна от основного налогового обязательства и является не самостоятельной, а обеспечивающей (акцессорной) обязанностью, способом обеспечения исполнения обязанности по уплате налога (Постановление от 17 декабря 1996 года №20-П; определения от 8 февраля 2007 года №381-О-П, от 20 октября 2011 года №1451-О-О и др.).
Следовательно, не усматривается достаточных конституционно-правовых оснований для того, чтобы утверждать о необходимости отнесения соответствующих пеней к какой-либо иной категории или очереди платежей, отличной от самих налогов, в связи с несвоевременной уплатой которых пени начисляются. Вместе с тем формой соразмерного распределения судом средств, полученных от использования или реализации предмета залога, между требованиями об уплате имущественных налогов и пеней за их несвоевременную уплату и требованиями залогового кредитора в случаях, когда удовлетворение требований об уплате имущественных налогов и пеней до расчетов с залоговым кредитором в обстоятельствах конкретного дела фактически ведет к утрате для залогового кредитора экономического смысла залога и при этом не установлено, что именно его поведение создало условия для формирования такого объема налоговой задолженности, который порождает соответствующие негативные последствия, может быть невключение в состав указанных требований, предъявляемых и удовлетворяемых до расчета с залоговым кредитором, соответствующих пеней».

Юрист Поликарпов Леонид Николаевич

Цена ПО после введения НДС

Верховный Суд РФ в Определении от 04.04.24 №305-ЭС23-26201 по делу №А40-236292/2022 указал следующее:

«…если совершаемые между участниками оборота операции становятся облагаемыми вследствие изменения законодательства, то по общему правилу цена, по которой оплачивается исполнение договора, не включавшая в себя НДС, должна быть увеличена на сумму налога в силу закона (пункт 1 статьи 424 ГК РФ, пункт 1 статьи 168 НК РФ), за исключением случаев, когда иные гражданско-правовые последствия изменения условий налогообложения будут предусмотрены нормативными правовыми актами или иное соглашение о размере цены, включающей в себя налог, не будет достигнуто между сторонами.
Как обоснованно указано судом апелляционной инстанции по настоящему делу, в Законе №265-ФЗ отсутствуют переходные положения, которые позволяли бы сделать вывод о праве участников оборота продолжать исполнение договоров по ранее согласованным ценам без необходимости уплаты НДС. Напротив, внесенные данным Законом изменения не касаются экономико-правовой природы НДС, не перераспределяют каким-либо иным образом бремя НДС с покупателя на продавца, то есть ключевые принципы взимания налога остались неизменны и не предполагают уплаты НДС продавцом за свой счет без переложения налога на другую сторону договора.
В силу внесенных Законом №265-ФЗ изменений в условия применения освобождения от НДС, предусмотренного подпунктом 26 пункта 2 статьи 149 Налогового кодекса, в отношении услуг по передаче прав на использование программного обеспечения, не включенного в Реестр российских программ, оказанных начиная с 01.01.2021, подлежит уплате НДС по ставке 20% независимости от даты заключения договоров.
Предоставление обществом «Ситроникс Ай Ти» в адрес банка права использования программного обеспечения для целей обложения НДС подлежит квалификации в качестве услуги, моментом оказания которой признаются периоды пользования программным обеспечением, предоставленного по лицензии, а не дата заключения договора (подпункт 1 пункта 1 статьи 167 НК РФ, пункт 9 постановления Пленума №33).
Следовательно, в отношении сублицензионного вознаграждения, подлежащего уплате за период с 01.01.2021 по 31.12.2021, общество «Ситроникс Ай Ти» правомерно увеличило размер вознаграждения на 141 353 528 рублей 96 копеек, составляющих сумму налога, а общество «Банк ВТБ» – было обязано произвести оплату вознаграждения в увеличенном размере.

…по общему правилу возможность увеличения цены сделки и дополнительного взыскания сумм НДС с покупателя в случае неправильного учета налога продавцом при формировании окончательного размера цены договора допускается только в случаях, когда такая возможность согласована обеими сторонами договора, либо предусмотрена нормативными правовыми актами (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 20.12.2018 №306-КГ18-13128, от 23.11.2017 №308-ЭС17-9467, см., Взыскание НДС сверх договора).
Вместе с тем настоящий иск заявлен обществом «Ситроникс Ай Ти» не в связи собственными ошибками истца, допущенными при установлении цены на стадии заключения договора или при квалификации сделки, а в связи с изменениями условий налогообложения, которые наступили объективно – вследствие принятия Закона №265-ФЗ.
Из буквального толкования пункта 2.4 договора следует, что истец принял обязательство не предъявлять банку претензий по доплате суммы НДС в случае признания впоследствии некорректной квалификации сделки (не подлежащей обложению по НДС) на момент заключения договора, но не в случаях изменения законодательства».

Юрист Поликарпов Леонид Николаевич

Ответственность и вес импорта

Конституционный Суд России в Постановлении от 5.03.24 №9-П признал ч.2 ст.16.2 КоАП РФ не противоречащей Конституции Российской Федерации, поскольку по ее конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования не допускается привлечение к административной ответственности декларанта (таможенного представителя) за указание им в таможенной декларации на товарную партию недостоверного веса брутто (меньше фактического веса) одного из товаров, что приводит к изменению таможенной стоимости и, соответственно, размера таможенных платежей в отношении этого товара в сторону увеличения, а в отношении другого (других) товара – в сторону уменьшения, при условии, что это не влечет (не может повлечь) увеличения размера таможенных платежей по товарной партии в целом в силу того, что в составе данной товарной партии находятся только товары, в отношении которых предусмотрены одинаковая база для исчисления таможенных платежей и одинаковая ставка всех таможенных платежей, а также одинаковый состав таможенных платежей.

При этом, Конституционный Суд указал следующее:

«…при заполнении таможенной декларации на товары декларант (таможенный представитель) обязан придерживаться норм таможенного регулирования, а потому само по себе заявление им в декларации недостоверных сведений о весе брутто одного из товаров в товарной партии является нарушением таможенных правил; однако совершение такого правонарушения не предопределяет наступления или ненаступления негативных последствий в виде занижения размера таможенных платежей, поскольку указанные последствия могут носить случайный характер и находятся в зависимости от состава декларируемой товарной партии. При этом, поскольку таможенные отношения предполагают достаточно высокую степень формализации и детализации их документационного обеспечения, к их участникам, – по крайней мере, вступающим в эти отношения в связи с предпринимательской или иной профессиональной деятельностью – предъявляются повышенные требования в части точности документального оформления соответствующих обстоятельств хозяйственной жизни, что, прежде всего, относится к сведениям, указываемым в таможенных декларациях. То обстоятельство, что в конкретном случае перераспределение размера транспортных расходов от одного товара к другому из-за выявления несоответствия указанного в таможенной декларации веса брутто фактическому весу брутто не повлекло негативных последствий с точки зрения исчисления и уплаты таможенных платежей, не означает, что точно такое же поведение декларанта либо таможенного представителя при ином составе товаров в товарной партии не будет иметь обратного, негативного для обеспечения фискальных и иных законных интересов государства, эффекта.
Не меняет характера допущенного декларантом или таможенным представителем нарушения и то обстоятельство, что неточное указание веса брутто, как правило, обусловлено поведением иностранного контрагента».

Юрист Поликарпов Леонид Николаевич

Поиск
Свежие комментарии
Архивы