Правонарушения

Оплата экспертизы по КоАП

Ранее я писал о том, что расходы по делам об административных правонарушениях участники вправе взыскивать как убытки в порядке искового производства (например, Убытки за правонарушение, Моральный вред за протокол).

Но до Верховного Суда РФ дошло дело о взыскании убытков экспертной организацией, которая не является участником дела об административном правонарушении и, следовательно, не вправе обжаловать принятые по указанному делу акты.

Отменяя судебные акты по иску экспертной организации о взыскании с казны убытков по проведению экспертиз в рамках дела об административной ответственности, Верховный Суд РФ в Определении от 23.11.20 № 305-ЭС20-10751 по делу № А40-123468/2019 указал следующее:

«Установив, что согласно вступившему в законную силу постановлению Симоновского районного суда города Москвы от 01.10.2016 по делу № 5-2272/2016 о прекращении производства по делу об административном правонарушении суд признал заключения экспертиз недопустимыми доказательствами по делу, в связи с чем не усмотрел оснований для возмещения издержек на производство экспертиз в рамках дела об административном правонарушении, принимая во внимание обстоятельства, связанные с обжалованием организацией указанного постановления районного суда, суд округа признал не соответствующим фактическим обстоятельствам дела и представленным в дело доказательствам вывод судов первой и апелляционной инстанций о том, что вопрос о возмещении организации спорных расходов не был рассмотрен в рамках дела об административном правонарушении…

Конституционный Суд Российской Федерации в Постановлении от 15.10.2020 № 41-П обратил внимание на то, что он неоднократно указывал, что право на судебную защиту признается и гарантируется в Российской Федерации согласно общепризнанным принципам и нормам международного права и в соответствии с Конституцией Российской Федерации как основное и неотчуждаемое право человека на основе принципа равенства всех перед законом и судом (статья 17, части 1 и 2; статья 19, часть 1; статья 46, части 1 и 2). Это право включает в себя не только право на обращение в суд, но и гарантированную государством возможность получения реальной судебной защиты путем восстановления нарушенных прав и свобод. Иное не согласуется с универсальным для всех видов судопроизводства, включая административное, требованием эффективного восстановления в правах посредством правосудия, отвечающего критериям справедливости (постановления от 2 февраля 1996 года № 4-П, от 3 февраля 1998 года № 5-П, от 28 мая 1999 года № 9-П, от 11 мая 2005 года №5-П, от 25 апреля 2011 года № 6-П и др.).
Таким образом, если постановлением по делу об административном правонарушении не возмещены понесенные издержки, а лицо, претендующее на получение указанного возмещения, было лишено возможности защищать свои права при рассмотрении дела об административном правонарушении, указанное лицо вправе восстановить свое нарушенное право путем заявления требования о взыскании расходов на проведение экспертиз по делу об административном правонарушении в качестве убытков в рамках искового производства.
Указанная позиция также нашла свое отражение в пункте 20 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016) и в Определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.05.2020 № 305-ЭС19-23482 и № 305-ЭС19-23348″.

Юрист Поликарпов Л.Н.

Разъяснение исключает штраф

Отменяя судебные акты нижестоящих судов об отказе в признании незаконным постановления таможенного органа о привлечении к административной ответственности, Верховный Суд РФ в Определении от 18.11.20 № 302-ЭС20-10494 по делу № А19-17953/2019 указал следующее:

«… в письме Федеральной таможенной службы России (далее – ФТС России) от 07.05.2020 № 01-10/24518, на которое общество указывало в дополнении к кассационной жалобе от 22.05.2020, направленном в суд округа, разъяснено, что в целях обеспечения единообразного подхода при совершении таможенных операций в отношении товаров, вывозимых из Российской Федерации в Республику Беларусь, до внесения изменений в пункт 3 статьи 1.1 Соглашения таможенному декларированию путем подачи декларации на товары подлежат товары, классифицируемые в товарных позициях 2706 00 000 0, 2707, 2709 00 – 2715 00 000 0, 2901, 2902 ТН ВЭД ЕАЭС. В случае вывоза из Российской Федерации в Республику Беларусь иных товаров, классифицируемых в 27 и 29 группах ТН ВЭД ЕАЭС, требуется предоставление в таможенные органы Российской Федерации статистических форм учета перемещения товаров в соответствии со статьей 278 Закона о таможенном регулировании и Постановлением Правительства РФ от 07.12.2015 № 1329.
Таким образом, общедоступное (вследствие размещения в справочно–правовых системах) и неотмененное по настоящее время письмо ФТС России от 07.05.2020 № 01-10/24518 не исключает такого толкования, что при вывозе с таможенной территории Российской Федерации на таможенную территорию Республики Беларусь товара «меламин», классифицируемого в товарной позиции 2933 61 0000 ТН ВЭД ЕАЭС, требуется только предоставление в таможенные органы Российской Федерации статистических форм учета перемещения товаров, а не таможенное декларирование путем подачи декларации на товары. Соответственно, указанное письмо ФТС России фактически свидетельствует о наличии правовой неопределенности в вопросе о том, как именно должен оформляться вывоз товара «меламин» в спорной ситуации…

Соответственно, наличие разъяснения, данного неопределенному кругу лиц в письме ФТС России от 07.05.2020 № 01-10/24518, является обстоятельством, исключающими вину общества в неосуществлении таможенного декларирования товара «меламин». На основании приведенных позиций, оспариваемое постановление от 19.06.2019 № 10607000-1200/2019 подлежит признанию незаконным и отмене».

Юрист Поликарпов Л.Н.

Ответственность управляющего

Поддержав арбитражные суды первой и апелляционной инстанций о привлечении финансового управляющего к административной ответственности, Верховный Суд РФ в Определении от 16.11.20 № 307-ЭС20-11632 по делу № А05-11092/2019 указал следующее:

«… неисполнением арбитражным управляющим обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), образующим объективную сторону административного правонарушения, предусмотренного статьей 14.13 КоАП РФ, может быть признано уклонение арбитражного управляющего от реализации права на оспаривание сделок в ситуации, когда это было необходимо для защиты интересов должника и его кредиторов и упомянутая необходимость являлась ясной для арбитражного управляющего, либо должна была стать таковой. Вина арбитражного управляющего в этом случае имеет место, если допущенное им бездействие не было обусловлено разумными причинами или носило намеренный характер.
К обстоятельствам, имеющим юридическое значение для квалификации поведения арбитражного управляющего, относятся: наличие достаточной совокупности оснований для оспаривания сделок (установленных законом признаков подозрительности сделок и т.п); были ли эти основания известны арбитражному управляющему, либо должны были стать известными при должном исполнении арбитражным управляющим своих обязанностей; могла ли реализация арбитражным управляющим полномочий на оспаривание сделки привести к пополнению конкурсной массы, защите прав и законных интересов должника и кредиторов; имелись ли у арбитражного управляющего рациональные причины для отказа от оспаривания сделок.

положения Закона о банкротстве, позволяющие гражданину претендовать на реструктуризацию долгов в процедурах банкротства (статьи 213.11 – 213.22), не исключают необходимость оспаривания сделок должника, нарушающих права кредиторов, поскольку имеют цель учета имущественного положения гражданина-должника при вынесении арбитражным судом решения о признании его банкротом. Они обеспечивают особый режим имущественных требований к должнику, не допускающий удовлетворения этих требований в индивидуальном порядке, а также баланс имущественных интересов всех лиц, участвующих в деле о банкротстве гражданина, но не отменяют обязанность финансового управляющего применять меры для наполнения конкурсной массы (в том числе, посредством получения стоимости отчужденного имущества в порядке применения последствий недействительности сделок), что позволило бы осуществить расчеты с кредиторами и, тем самым, исключило как таковую необходимость дальнейшего осуществления процедур банкротства гражданина
Таким образом, как обоснованно отметили суды  первой и апелляционной инстанций, поведение арбитражного управляющего, бездействовавшего в оспаривании сделок, способного восстановить имущественное положение должника и произвести расчеты с кредиторами, в данном случае было продиктовано намерением обеспечить должнику Палкину А.В. рассрочку в погашении долгов, включая задолженность по налоговым платежам, в то время как сам факт возникновения просрочки вызван действиями должника – отчуждением имущества в преддверии банкротства, и этот факт должен быть очевиден самому арбитражному управляющему по результатам проведенного им анализа.
При таком положении следует признать правильными выводы судов и апелляционной инстанций о том, что арбитражным управляющим было допущено неисполнение обязанностей, установленных законодательством о несостоятельности (банкротстве), которое выразилось в виновном бездействии по оспариванию сделок должника, и о наличии в связи с этим предусмотренных частью 3 статьи 14.13 КоАП РФ оснований для привлечения арбитражного управляющего к административной ответственности».

Юрист Поликарпов Л.Н.

Поиск
Архивы