Уголовка

Смартфон в полиции

Конституционный Суд России в Постановлении от 26.05.22 №21-П признал п.25 ч.1 ст.13 Федерального закона «О полиции» не противоречащим Конституции Российской Федерации, поскольку по своему конституционно-правовому смыслу в системе действующего правового регулирования он не может служить основанием для запрета должностными лицами полиции прохода адвокатов в связи с оказанием в установленном федеральным законом порядке юридической помощи в уголовном судопроизводстве в административные здания органов внутренних дел с мобильным телефоном, имеющим функции аудио- и видеофиксации, а также выхода в информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», что не препятствует должностным лицам, осуществляющим уголовное преследование, в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством определять возможность использования соответствующих функций телефона при производстве предварительного расследования.

В частности, Конституционный Суд указал следующее:

«…запрет прохода адвокатов в административные здания МВД Российской Федерации с техническими средствами (мобильными телефонами), имеющими функцию фото- и видеофиксации, а также функцию выхода в информационно-телекоммуникационную сеть «Интернет», автоматически не влечет за собой непреодолимых препятствий для оказания ими квалифицированной юридической помощи и не лишает прибегающих к их услугам граждан гарантированного статьями 45 (часть 2) и 48 (часть 2) Конституции Российской Федерации каждому задержанному, заключенному под стражу, обвиняемому в совершении преступления права защищать свои права и свободы всеми способами, не запрещенными законом, в том числе пользоваться помощью адвоката (защитника) с момента соответственно задержания, заключения под стражу или предъявления обвинения.
В то же время, поскольку такой запрет неизбежно ограничивает предусмотренные Федеральным законом «Об адвокатской деятельности и адвокатуре в Российской Федерации» и Уголовно-процессуальным кодексом Российской Федерации возможности адвоката пользоваться техническими средствами для фиксации той или иной информации, содержащейся в материалах дела при оказании в установленном порядке юридической помощи, его применение – с учетом того что в качестве условий реализации соответствующего права выступает только необходимость соблюдения государственной и иной охраняемой законом тайны – может быть также основано только на конкретных положениях федерального закона».

Юрист Поликарпов Леонид Николаевич

Преступление не КоАП

Верховный Суд РФ в Постановлении от 27.12.21 №5-АД21-111-К2 указал следующее:

«…как следует из представленных с настоящим протестом документов, постановлением следователя по особо важным делам отделения по расследованию особо важных дел (о преступлениях прошлых лет) первого управления по расследованию особо важных дел (о преступлениях против личности и общественной безопасности) Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по городу Москве от 02 мая 2020 года возбуждено уголовное дело по признакам преступления, предусмотренного частью 1 статьи 238 Уголовного кодекса Российской Федерации, по тому же факту нарушения индивидуальным предпринимателем Бондаренко Е.А. санитарно-эпидемиологических правил, повлекшего заражение новой коронавирусной инфекцией COVID-19.

Постановлением следователя по особо важным делам первого следственного отдела первого управления по расследованию особо важных дел (о преступлениях против личности и общественной безопасности) Главного следственного управления Следственного комитета Российской Федерации по городу Москве от 05 августа 2021 года Бондаренко Е.А. привлечен в качестве обвиняемого по возбужденному уголовному делу с предъявлением ему обвинения в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 236 Уголовного кодекса Российской Федерации.
Таким образом, при квалификации действий Бондаренко Е.А. по части 2 статьи 6.3 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях и по части 1 статьи 236 Уголовного кодекса Российской Федерации учитывались одни и те же обстоятельства, составляющие объективную сторону составов указанных административного правонарушения и преступления.
В силу пункта 7 части 1 статьи 24.5 Кодекса Российской Федерации об административных правонарушениях производство по делу об административном правонарушении не может быть начато, а начатое производство подлежит прекращению при наличии по одному и тому же факту совершения противоправных действий (бездействия) лицом, в отношении которого ведется производство по делу об административном правонарушении, постановления о назначении административного наказания, либо постановления о прекращении производства по делу об административном правонарушении, предусмотренном той же статьей или той же частью статьи названного Кодекса или закона субъекта Российской Федерации, либо постановления о возбуждении уголовного дела».

Юрист Поликарпов Леонид Николаевич

Компенсация за разумный срок

Конституционный Суд России в Постановлении от 13.01.22 №2-П признал ч.7 ст.3 Федерального закона «О компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок или права на исполнение судебного акта в разумный срок» и ч.5 ст.250 КАС Российской Федерации не соответствующими требованиям ст.17 (ч.1 и 2), 46 (ч.1 и 2) и 55 (ч.3) Конституции Российской Федерации в той мере, в какой они по смыслу, придаваемому им судебным толкованием, препятствуют подаче обвиняемым (подозреваемым) нового (повторного) административного искового заявления о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок до истечения четырехлетнего срока, исчисляемого с момента завершения периода, которому дана судебная оценка в предыдущем решении о присуждении или об отказе в присуждении такой компенсации.

В частности, сославшись на Определение от 17.07.12 №1480-О, Конституционный Суд указал: «исключается возможность повторного обращения с заявлением о присуждении компенсации за нарушение права на уголовное судопроизводство в разумный срок, если оспариваются одни и те же фактические обстоятельства одного и того же периода судопроизводства по уголовному делу. Это согласуется с процессуально-правовым запретом судебного рассмотрения и разрешения тождественных исковых заявлений, исходящих от одного и того же лица и обращенных к одному и тому же лицу. Вступившее в законную силу решение суда по административному спору между теми же сторонами, о том же предмете и по тем же основаниям, определение суда о прекращении производства по данному административному делу в связи с принятием отказа административного истца от административного иска, утверждением соглашения о примирении сторон или определение суда об отказе в принятии административного искового заявления являются основанием для отказа в принятии административного искового заявления или прекращения производства по делу (пункт 4 части 1 статьи 128, пункт 2 части 1 статьи 194 КАС Российской Федерации). Иное означало бы обесценивание деятельности суда, рассмотревшего первое из дел, нарушение свойств общеобязательности, исполнимости, преюдициальности и определенности судебных решений, вступивших в законную силу, создавало бы условия для принятия противоречивых судебных актов, могло бы приводить к их пересмотру вопреки процессуальным правилам, в том числе судебными инстанциями равного уровня.
Вместе с тем из указанного Определения Конституционного Суда Российской Федерации не следует, что до нового (повторного) обращения с заявлением о присуждении компенсации необходимо выждать еще один четырехлетний срок (после даты, учтенной в первоначальном решении). В противном случае значительно ограничивался бы круг обвиняемых (подозреваемых), обладающих правом на новое (повторное) обращение с заявлением о компенсации за нарушение права на судопроизводство в разумный срок с учетом установленных законодательством сроков предварительного следствия и сроков давности привлечения к уголовной ответственности».

Юрист Поликарпов Леонид Николаевич

Поиск
Свежие комментарии
Архивы