Я гонец из Пизы

И от нашего государства мировая короновирусная пандемия потребовала  экстраординарных действий, в том числе в правовом регулировании.

К сожалению, как в анекдоте (которым навеяно название заметки) получилось это совсем негладко.

Сначала были придуманы «режим готовности» и новый смысл слову «самоизоляция». Потом конституционные права граждан стали ограничиваться указами/постановлениями руководителей регионов России.

Далее хуже, чтобы защитить исполнительную власть от «пострадавших» пришлось задействовать судебную власть:

  • появился Обзор Верховного Суда РФ по отдельным вопросам судебной практики (COVID-19), который, конечно, не обобщал судебную практику (по причине отсутствия такой), но содержал предварительную индульгенцию Субъектам РФ: «Граждане Российской Федерации обязаны соблюдать … иные нормативные правовые акты субъектов Российской Федерации в области … правила поведения при введении режима повышенной готовностиподлежат привлечению к административной ответственностиза нарушение обязательных, а также дополнительных обязательных для исполнения гражданами и организациями правил поведения при введении на территории субъекта Российской Федерации режима повышенной готовности … «;
  • Решением Московского городского суда от 28.04.20 делу №3а-3877/2020 отказано в удовлетворении административного иска о признании «нормотворчества» Мэра Москвы о «самоизоляции» и «электронных пропусках» с шедевральным выводом; «Действительно положения подпунктов «а.2» статьи 10, подпунктов «у, ф» пункта 1 статьи 11, абзаца 5 статьи 19 Федерального закона от 21 декабря 1994 года №68-ФЗ введены Федеральным законом от 1 апреля 2020 года №98-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации по вопросам предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций», действуют с 1 апреля 2020 года. Однако данное обстоятельство не является основанием для признания недействующими пунктов 9, 9.3 указа Мэра Москвы от 5 марта 2020 года №12-УМ «О введении режима повышенной готовности», в редакции указов Мэра Москвы от 29 марта 2020 г. №34-УМ, от 31 марта 2020 г. №35-УМ»;
  •  «первая ласточка» из Конституционного Суда РФ, который в Постановлении от 13.05.20 № 24-П указал следующее: «дело об административном правонарушении считается возбужденным в том числе с момента вынесения постановления по делу об административном правонарушении в случае, предусмотренном частью 3 его статьи 28.6. Однако это обстоятельство не означает, что без вынесения такого постановления не могли совершаться какие-либо процессуальные действия на основании фиксации работающими в автоматическом режиме специальными техническими средствами, имеющими функции фото- и киносъемки, видеозаписи, или средствами фото- и киносъемки, видеозаписи административного правонарушения в области благоустройства территории, предусмотренного законом субъекта Российской Федерации и совершенного с использованием транспортного средства, т.е. при наличии названного в пункте 4 части 1 статьи 28.1 данного Кодекса повода к возбуждению дела об административном правонарушении. Иной подход к толкованию и применению положений данного Кодекса, исключающий возможность при фиксации указанным образом правонарушения предпринять юридически значимые действия, направленные на получение информации о лице, предположительно его совершившем, блокировал бы производство по делу об административном правонарушении и потому несовместим со статьями 1 (часть 1), 5 (часть 3), 10, 15 (часть 2), 19 (часть 1), 45 (часть 1), 46 (часть 1), 72 (пункты «б», «к» части 1) и 76 (часть 2) Конституции Российской Федерации… Если бы федеральный законодатель имел в виду принципиальную невозможность рассмотрения коллегиальными органами определенной категории дел об административных правонарушениях, ответственность за которые предусмотрена законами субъектов Российской Федерации, он должен был – следуя принципам равенства и справедливости, из которых вытекает обращенное к нему требование ясности и недвусмысленности юридических норм, их согласованности в системе правового регулирования (постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 15 июля 1999 года № 11-П, от 27 мая 2003 года № 9-П, от 27 мая 2008 года № 8-П и др.), – сделать это прямо и недвусмысленно«. Т.е.  соблюдение принципа «разрешено всё, что прямо указано в законе» совсем не главное в административном праве. И в развитие данной позиции в дальнейшем можно позволить Субъектам большее в регулировании дел об административных правонарушениях.

Юрист Поликарпов Л.Н.

5 2 голоса
Рейтинг статьи
Подписаться
Уведомить о
guest
0 Комментарий
Межтекстовые Отзывы
Посмотреть все комментарии
Поиск
Архивы
0
Поделиться своими мыслямиx
()
x